Их невозможно было разместить даже в 2 ряда в моей комнате.
В это день я дежурил в карауле и принял решение, на свой страх и риск, разместить всех в Ленинской комнате.
Я понимал, что за такое самоуправство мне будет нагоняй, но будить начальника части я не решился. И вот вся весёлая компания захрапела, кто на полу, кто на стульях, а кто на большом столе. Перегар валил в соседнее караульное помещение, где отдыхал личный состав.
Надо ещё учитывать, что в карауле в то время хранилось в пирамидах около двух десятков карабинов и патроны к ним. Ясное дело, я несомненно рисковал. Рано утром все они благополучно покинули часть и уехали домой. За это моё самоуправство я был строго предупреждён, но начальник только этим и ограничился.
В 1958 году я был включён в сборную команду по пожарно-прикладному спорту области. Всё лето мы тренировались на стадионе. В команду входил и Пётр Ганин. По отдельным видам спортивных программ мы выполняли нормативы II и III разрядов. Кустовые соревнования, куда входила и Тульская команда, проводились в Ленинграде.
Представителем от нашего управления был назначен начальник отдела службы и подготовки Овсяник В.И. Соревнования проводились по следующим дисциплинам: боевое развёртывание, пожарная эстафета, преодоление стометровой полосы с препятствиями, подъем по штурмовой и трёхколенной лестнице.
Наша сборная команда заняла призовые места по эстафете и по боевому развёртыванию.
Не понятно, как в программу соревнований были включены упражнения на турнике и брусьях, на которых мы дома не тренировались. Это снизило наши показатели в целом. Однако, приятно было вновь побывать в северной столице, оставившие самые дорогие воспоминания в моём сердце.
В моём карауле несли службу, в основном, бывшие участники Великой Отечественной войны, опытные, дисциплинированные и ответственные люди. В первое время мне, без практики, было сложно ориентироваться в обстановке пожаров, выручал опыт командиров отделений, которые, подсказывали правильные решения. Я впитывал их опыт и вместе с полученными в училище знаниями быстро выучился нелёгкой науке тушения пожаров, а впоследствии мне всё это пригодилось.
Был один из первых выездов на тушение пожаров, на животноводческий комплекс в Болоховский район. Вместе со мной на этот пожар прибыло четыре пожарных автоцистерны, три из них ПМЗ-9 и одна ПМЗ-13 (ПМЗ-пожарная машина на шасси автомобиля ЗИС).
Ещё на подъезде к месту пожара было видно языки открытого пламени и поднимающийся в небо чётный столб дыма. Для тушения такого, открытого, пожара требовалось подавать большое количество воды, но без установки автоцистерны на стационарный водоисточник, достигнуть этого было невозможно. К моменту нашего прибытия скот из помещений, объятых пламенем, был эвакуирован.
До нас на пожаре работали подразделения г. Болохово, г. Узловая и г. Киреевска. Тогда это были все пофессиональные пожарные части, а словом «профессиональная», их можно было называть условно, подготовка и знания этих пожарных была низкой. На подмогу им ЦППС г. Тулы направил мой караул.
По прибытии на пожар, отделения быстро опустошили все привезённые запасы воды, но достигнуть результата не смогли, пожар продолжал разгораться, поглощая строение.
Зима была снежная, стояли трескучие морозы. На небольшом расстоянии от пожара располагался небольшой пруд, вырытый когда-то для пожарных целей.
Не составило бы особого труда установить на него один из пожарных автомобилей с насосом, требовалось только прорубить лёд и подогнать автоцистерну ближе к полынье.
Я это тогда уже понимал и сразу отправил бойца искать водоём. Прорубь была прорублена, но машину установить ближе к полынье долго не удавалось. Но в пылу пожара ни кто не догадался, что этот участок для машины проявит своё коварство…
Были проложены магистральные линии, поданы два ствола «А» и два ствола «Б», которые преградили огню дорогу к распространению, и он сдался.
Закончив тушение, свернули замёрзшие рукава, и надо было выручать автомобиль, который при троганьи забуксовал и стал зарываться в прибрежный грунт, который так и не промёрз. В этом месте из скотного двора стекали отходы жизнедеятельности животных, которые мороз сковал только сверху.
Машина быстро закопалась по самые мосты, плотно засев в грунте.
Вытянуть из плена её не смогла и ПМЗ-13, автомобиль повышенной проходимости, имевший три ведущих моста. Но и она тоже забуксовала.
Надвигалась ночь, в тот день был какой-то престольный праздник, и найти трактор и тракториста долго не получалось.
Я принял решенье возвратиться в часть на одной из цистерн, оставив за себя командира отделения.
Ему было приказано продолжить поиски трактора.
В части оказался начальник отдела службы ОПО подполковник Овсяник В.И., будучи дежурным по УПО, он играл в шахматы. Я доложил ему об обстановке на том пожаре, за что он отругал меня за то, что я оставил личный состав и технику, приехав сюда. «Мог бы за себя отправить командира отделения». Напомнил мне, что на пожаре старшим РТП был я, хотя это был район выезда не нашей части. Возражать не приходилось, поскольку я был один аттестованный офицер, а остальные пожарные являлись на тот момент членами профсоюза.
Таким образом, я получил очередной «ожег» от начальства.
К моему возвращению к застрявшим автомобилям, уже был найден трактор и трос, который я привёз, оказался нелишним.
Машины были извлечены из грязи и вытянуты к твёрдой дороге. Это было моё первое боевое крещение, потом были ещё сотни разных пожаров, мелких и крупных.
Однажды, даже, пришлось спасать детей, на одном из водоёмов около кирпичного завода.
Весной, трое детей решили пошалить и покататься на оторванных от берега льдинах. Они долго плавали на ней, а причалить к берегу и выбраться на него без посторонней помощи не могли.
В то врем, в городе не было ни каких спасательных подразделений, не было тогда МЧС. Однако детей нужно было вызволять из беды. По выдвижной трёхколенной лестнице, обвязанные верёвками пожарные, выдвинулись на льдину, и по одному сняли детей с льдины на берег.
Мной, тогда, была написана заметка в журнал «Пожарное дело» и в газету УВД «На страже».
Статья была напечатана в газете, а вот журнал ответил категорическим отказом, сославшись на неактуальность статьи. Пожарные, однако, по моему ходатайству были поощрены приказом начальника УВД.
Привлекали пожарных на всякие хозяйственные работы по указанию районных комитетов партии и властей.
Перед проведением каждых выборов (голосований), пожарные подразделения направлялись на работы по установке агитационных транспарантов, на откачку воды из подвалов, а иногда просто с территорий, затопленных дождевыми потоками или талыми водами, несмотря на то, что этим должны были заниматься коммунальные службы. Приходилось откачивать воду из котлованов, образовавшихся в результате прорыва горячего водопровода, из колодцев возле котельных.
Это не только отвлекало личный состав и технику от выполнения своих основных обязанностей, но и нередко выводило из строя пожарную технику.
Перед проведением одних из выборов наше подразделение отправили в школу на ул. Пирогова вешать агитационный транспарант.
А в тот самый момент, на ул. Советская, на заправочной станции произошел пожар в подземных резервуарах для хранения бензина.
Промедление с выездом на этот пожар могло стоить серьёзных последствий для многих.
К нашему приезду с территории АЗС в панике бежали испуганные люди. Из двух люков заглубленного хранилища вырывался огонь, валил густой чёрный дым. Внутри хранилища размещались четыре стационарные цистерны, из горловин которых происходило горение бензина. Горел бензин, разлитый на полу под
цистернами. Немедленно в один из люков был подан пенный ствол СВП, но пена не попадала по адресу, то есть внутрь горящих цистерн.
