Окончание средней школы пришлось на 1952 год. Мы сдали выпускные экзамены, на торжественном собрании нам вручили свидетельства об окончании средней школы, после которого был выпускной бал.
На балу выступала художественная самодеятельность. Было торжественно и весело, но спиртного употреблять не разрешалось.
Помню, как с песней выступал папа Мареты – Алоин Александр Васильевич. Пели они дуэтом.
Голос у него был мощный, хорошо поставленный, он пел словно Козловский, нам всем очень понравилось.
С Александром Васильевичем я уже был знаком ранее. Ещё в 1947 году он бывал у нас приезжая в командировку как агроном района. Гостиниц в деревнях не было, он останавливался у нас, в доме отца- председателя колхоза.
Вечерами он беседовал со мной о моих планах, призвании, кем я хочу быть, что-то рассказывал о своём житье, о дочерях Галине и Марете.
Окончив школу, настало время отправиться в «свободный полёт», выбирать, что делать дальше в жизни, куда пойти учиться или работать?
Я понимал, что в деревне мне делать нечего, кроме как ждать призыва в армию или приобретать специальность. Отец мой, хорошо знавший жизнь, советовал идти учиться, да и все мои одноклассники после школы решили отправиться на дальнейшую учёбу в различные учебные заведения, а так как в Венёве их не было, ехать надо было в другие борода.
Я подавал документы в Тульский горный институт, где в тот год был наименьший конкурс, но забрал их.
Как-то, на моё счастье, отец встретился с районным пожарным инспектором Илюхиным В.И., который узнав, что его сын «на выданьи», посоветовал поступать в Ленинградское пожарно-техническое училище МВД СССР, которое он окончил.
И в это время, как раз, в Туле шел приём документов в это училище. Заявление и документы надо был подавать в Управлении пожарной охраны Тульской области.
Я отправился в Тулу и вскоре нашел УПО, оно размещалось в то время на улице Коммунаров (ныне проспект Ленина) в доме 49, рядом с драматическим театром, теперь в том здании областная филармония. А само УПО размещалось в двухэтажном здании во дворе, которого была пожарная часть №1.
В это год мамина сестра Нина с мужем Николаем Кудрявцевым жили при военном госпитале на ул. Оборонной, у них я и стал проживать перед поступлением. До вступительных экзаменов мне надо было пройти медицинскую комиссию в медсанчасти УВД Тульской области.
Я побаивался медицинской комиссии, так как ранее, проходя подобную комиссию в военкомате, для направления в военное училище я был забракован. Тогда, одним из членов комиссии был невропатолог из МСЧ МВД. Тогда у меня от волнения тряслись руки, и он посчитав, что это заболевание или что другое, признал меня негодным.
Медкомиссию в ЛПТУ я прошел без замечаний, волнения как не бывало, сказался «опыт» в таких делах, да и невропатолог был другой.
Экзамены проходили в УПО Тулы, вместе со мной сдавало ещё 10 человек туляков, из них работников пожарной охраны было 5 человек. Вступительные экзамены я сдал успешно. Старшим над нами был назначен старшина Процанов И., участник ВОВ. В пожарной охране он работал связистом. Ему предстояло вести нас, успешно сдавших экзамены, в Ленинград, в училище.
Перед отъездом все мы были отпущены домой, чтобы собраться в дорогу и в назначенное время выехать из Тулы.
В день отъезда из дома из Поветкино меня посадили в кузов попутного грузовика, не было торжественных проводов, как это бывало, когда провожали в армию.
Специально для меня была забита курица, которую мама сварила и дала мне в дорогу, дала хлеба, яиц, сложила всё в сумку.
Я даже в мыслях не предполагал, что еду в такую же армию, где жить буду в казарме, буду ходить в караул в наряды, переносить все тяготы и лишения связанные со службой. Не предполагал, что эта служба продлиться не два учебных года, столько тогда учились, а целых тридцать три! И что эта тяжелая, совсем не мирная работа станет моим призванием и призванием моих сыновей, поистине семейным делом, делом всей жизни.
Глядя в прошлое больно видеть, как сегодня разрушается то, что было выстрадано, пропущено через сердце, поднято из руин, пепла, что создавалось на голом месте почти на одном энтузиазме, зачастую преодолевая нечеловеческие трудности.
Отправка в училище была назначена на один из сентябрьских дней 1952 года. Собрали нас в сквере Кремлёвского садика, около медсанчасти МВД, за 5-6 часов до отхода поезда. Ожидая сбора всех абитуриентов, мы расположились на скамейках сквера. Я тогда не думал и не предполагал, что встречусь с Маретой, я даже и не знал, где её нужно искать… .
Видимо судьба недаром распорядилась так, а не иначе и началом её был это сквер!
Время было послеобеденное, закончились занятия в ВУЗах, студенты и студентки находившегося неподалёку педагогического института шли мимо нас по домам.
Занятия в Пединститутее начались с 1-го сентября, а занятия в ЛПТУ начинались только в октябре.
Мимо нас проходили студенты и студентки, и мне показалось, что среди них я увидел знакомое лицо. И действительно… это была Марета, с ней шли её подруги. Что-то меня потянуло за ней, я шел молча не в силах окликнуть её. Так мы прошли мимо кремлёвской стены, мимо фабрики кухни, по переулкам в сторону ул. Советская. В Черниковском переулке я потерял их из виду. Тем не менее, я пошел дальше до ул. Советская , но там не нашел их следа.
Немного постояв, я пошел обратно, раздумывая, где можно её найти и как? И тут мы почти столкнулись лбами друг с другом…! Мы узнали друг друга и разговорились. Я поведал о своём отъезде в Ленинград и пригласил её проводить меня на Московский вокзал к поезду.
Она провожала меня как старого друга, мы шли пешком по улице Красноармейской, по ней тогда ходили трамваи, мостовая была выложена булыжником, прошел дождь, и вокруг стояли глубокие лужи.
Это было наше первое свидание, и она терпеливо шла со мной, мы о чём-то беседовали, мечтали. Проводив меня до вокзала, она поехала домой, а я, кажется, спросил, есть ли у неё деньги на билет? Она ответила, что есть.

В первые дни учёбы я написал ей письмо, и она мне ответила. Между нами завязалась переписка. Часто мы писали друг-другу, не дожидаясь ответа на отправленное письмо, делились своими новостями, жизнью, учёбой, рассказывали всё, что происходило за день, все, что было на душе. Письма от неё приходили мне почти каждую неделю.
Она мне писала большие подробные письма, я старался не отставать в этом.

Следующая страница.